Ирак

Нефть Ирака поделили прежде, чем свергли Саддама

 

 

Свыше 1000 документов, вскрывающих истинную причину вторжения в Ирак, попали в руки исследователей

Когда в марте 2003 года США, Великобритания и их союзники начали вторжение в Ирак, мало кто верил их заявлениям, что вовсе не борьба за контроль над иракской нефть является главной причиной начавшейся войны. Хотя пропагандистская машина как англосаксонских СМИ, так и прикормленных ими подголосков в разных странах не жалели усилий, утверждая, что их более всего беспокоит оружие массового уничтожения, предположительно имеющееся у Ирака, и агрессивный характер Саддама Хусейна. А сама «иракская нефть значительно менее важна для США чем, например, нефть Мексики или Канады», утверждал Макс Бут, старший научный сотрудник Совета по внешней политике (про этого типа КМ.RU рассказывал особо).

Другой небезызвестный пропагандист американский политики - Николай Злобин, именующий себя «директором российских и азиатских программ Центра оборонной информации», тогда же рассказывал, что будь нужна англосаксам нефть, они не стали бы тратить деньги на войну, а просто купили бы ее у Хуссейна. «Восстановление нефтяной индустрии Ирака хотя бы до уровня 1990 года потребует не менее трех лет и еще $5 миллиардов, но при этом увеличит мировое производство нефти лишь на 4%. Наивно думать, что это повлечет за собой стабилизацию цен на нефть, тем более, что ничто не помешает странам - членам ОПЕК сократить на этот объем свое производство. Ирак никогда не будет в состоянии гарантировать США низкие цены на нефть», - разглагольствовал Злобин.

Другие пропагандисты напоминали, что обходились же США и Великобритания с 1990 года без иракской нефти - их надежно обеспечивали Саудовская Аравия и другие арабские монархии Персидского залива. Внешне это звучало логично. Но, как гласит древняя поговорка британских пиратов и американских гангстеров, «у кого два миллиона, тот вдвое богаче того, у кого просто миллион». И поэтому к дележке шкуры назначенного к убийству медведя (точнее, наверное, верблюда, с учетом природно-климатических реалий) приступили загодя.

Года полтора назад «Коммерсант-Власть», ссылаясь на западные источники, рассказывал, что планы относительно будущего иракской нефти в США стали разрабатывать еще до инаугурации Джорджа Буша и вице-президента Дика Чейни. С участием иракских эмигрантов и представителей американских энергетических компаний Белый дом поначалу стал развивать идею, что после оккупации Ирака нефтяная промышленность должна перейти под контроль единого государственного предприятия, которое заключало бы контракты преимущественно с американскими корпорациями на основе соглашений о разделе продукции (СРП). В соответствии с этим планом американцы получали возможность контролировать весь процесс добычи и транспортировки нефти, а также немалую часть доходов от этого. При этом Ирак должен был сохранять членство в ОПЕК и добывать нефть в соответствии с квотами организации — на уровне 3,5-4 млн баррелей в день. Это помогало бы удерживать высокие цены на нефть — в интересах ОПЕК и добывающих компаний.

Однако этот сценарий в конечном итоге не выдержал конкуренции с планом номер два — так называемым планом неоконсерваторов, который также появился еще до войны. В сентябре 2002 года Ариэль Коэн из института Heritage Foundation опубликовал статью «Дорога к экономическому процветанию для Ирака после свержения Саддама Хусейна». Коэн выдвинул идею приватизировать всю нефтяную промышленность Ирака, поделив ее между дюжиной компаний - разумеется, американских и возможно - британских.

Эта идея нашла поддержку на очень высоком уровне. Ее дальнейшей разработкой занимались члены администрации Джорджа Буша и представители консервативных исследовательских институтов, а через некоторое время позиция неоконсерваторов стала официальной позицией американского правительства. Специальная комиссия, в которую входили представители госдепартамента, министерств обороны и финансов Соединенных Штатов, опубликовала в феврале 2003 года (то есть, за месяц до начала войны) проект устройства оккупированного Ирака под названием «Переход иракской экономики от восстановления к стабильному развитию». На 73-й странице в нем отмечается необходимость «приватизации иракских нефтяных и смежных с ними предприятий». Правда, война так повернулась, что до приватизации нефтяных месторождений дело не дошло - но это вовсе не по причине отсутствия таковых намерений.

Свою долю в нефтяном пироге поспешили застолбить и британские союзники. InoPressa приводит публикацию английской газеты The Independent, которая обнародовала документы, свидетельствующие, как кабинет Тони Блэра задолго до вторжения обсуждал с крупнейшими нефтяными компаниями планы по дележке иракской нефти.

«Протоколы серии встреч между министрами и высокопоставленными представителями нефтяной отрасли противоречат публичным отрицаниям личной заинтересованности, которые делались как нефтяными компаниями, так и западными правительствами того времени», - отмечает автор статьи Пол Бигнелл. И напоминает, как в марте 2003 года - до того, как Великобритания включилась в войну - Shell опровергла сообщения о том, что вела переговоры с представителями Даунинг-стрит о войне в Ираке, как «абсолютно неверные». А BP, соответственно, отрицала какую-либо стратегическую заинтересованность в Ираке. Сам же премьер-министр Тони Блэр, естественно, также назвал «теорию нефтяного заговора» «полнейшим абсурдом».

«Но документы за октябрь и ноябрь предыдущего года рисуют иную картину», - утверждает The Independent. Свыше тысячи документов оказалось в распоряжении исследователя Грега Маттита на основании закона о свободе информации. В них говорится, что между государственными чиновниками, BP и Shell в конце 2002 года было проведено не менее пяти встреч.

После одной из встреч, состоявшейся в октябре 2002 года, бывший директор отдела британского МИД по Ближнему Востоку Эдвард Чаплин отметил: «Shell и BP не могут позволить себе не получить долю во имя своего будущего... Мы намерены отхватить большой кусок для британских компаний в послесаддамовском Ираке».

В документах говорится, что бывший госминистр торговли и промышленности Великобритании баронесса Саймонс согласилась лоббировать в администрации Джорджа Буша в пользу BP, потому что нефтяной гигант боялся, что его оттеснят от соглашений, которые Вашингтон мог заключить после оккупации Ирака с нефтяными компаниями других стран.

По данным газеты, МИД Великобритании вновь пригласил представителей ВР для участия в обсуждении ситуации в Ираке «после смены режима». «ВР страстно стремится попасть туда и проявляет беспокойство по поводу того, как бы политические сделки не лишили ее этой возможности», - цитирует газета протокол той беседы. А ведь, как настаивал представитель компании, «Ирак является более важным, чем что-либо, что мы видели за многие последние годы».

Британцы старались не зря: двадцатилетние контракты, подписанные после вторжения, были крупнейшими в истории нефтяной промышленности и коснулись половины иракских резервов - 60 млрд баррелей нефти, говорится в статье.

Правда, по данным «Коммерсант-Власть», хотя 30 июня 2008 года иракское правительство заявило о том, что собирается заключить с компаниями Shell, BP, ExxonMobil, Chevron и Total контракты сроком на один-два года, не проводя при этом никаких тендеров (что позволило бы западным компаниям обосноваться в Ираке), 11 сентября оно было вынуждено это решение отменить. Затянувшаяся война и нежелание иракских властей во всем повиноваться Вашингтону сделали невозможным точное выполнение какого бы то ни было плана.

Иракские власти предложили западным компаниям вложить средства в восстановление разрушенной нефтяной инфраструктуры и начать добывать нефть по установленной квоте, отдавая все деньги в иракский бюджет. А с того, что удастся добыть сверх квоты, получать фиксированную прибыль. Желающих потратить менее $1 на то, чтобы добыть баррель нефти из-под земли, а получить за его продажу намного больше, нашлось немало. Однако в результате был заключен только контракт на разработку самого крупного месторождения Румайла на юге Ирака (оно содержит 17 млрд баррелей нефти, почти 15% запасов всей страны).

Месторождение согласился обслуживать консорциум из британской BP и китайской China National Petroleum. Выяснилось, однако, что условия иракских властей далеко не такие выгодные, как предполагали нефтянники: с каждого барреля, добытого сверх квоты, BP и China National Petroleum будут получать всего лишь $2, а после уплаты налогов эта сумма снизится до 95 центов. Другим участникам аукциона такие условия показались не очень привлекательными, и они отозвали свои предложения. Американская корпорация ConocoPhillips, например, намеревалась получать $26,7 за баррель при разработке месторождения Бай-Хассан, а иракское правительство было согласно только на $4. В итоге аукцион был отложен на неопределенный срок.

Нефтяные запасы Ирака продолжают разжигать воображение многих западных компаний. По прогнозам Международного агентства по энергетике, через 20 лет Ирак будет выкачивать в два или три раза больше, чем два с половиной миллиона баррелей в день, которые он производит сейчас. Правительство Ирака планирует, что привлечение зарубежных инвесторов повысит иракскую нефтедобывающую способность до 12 миллионов баррелей в день к 2017 году и поставят Ирак на один уровень с Саудовской Аравией. Однако, как подчеркивает министр нефти Ирака аш-Шахристани, инвесторов страна намерена привлекать исключительно на своих условиях, одинаковых для всех, и никаких привилегий ни американцам, ни англичанам (впрочем, как и русским, французам и китайцам) ожидать не приходится.